СМИ
Журнал "Лица",
№5 май 2003 г.
Рубрика "Новые лица" - Сергей
Ли
Сомневающийся скептик, мечтательный романтик,
мудрый учитель и любознательный ребенок... Все они мирно
уживаются в одном человеке. Человеке, который постоянно
меняется, оставаясь самим собой. Сергей Ли не боялся
менять в своей жизни многое: профессию, работу, образ
жизни... Но никогда не менялось в нем стремление осуществить
свою заветную мечту из детства - стать артистом. И он
стал им! Вопреки всему, что ему мешало, ограничивало,
втыкало палки в колеса... Теперь он один из героев популярного
мюзикла «Нотр-Дам де Пари». Однако прежде чем превратиться
в предводителя бродяг - Клопена на сцене Театра оперетты,
ему пришлось проложить тяжелый путь к своей цели...
А начиналось все с раннего детства: домашние выступления
для родных и друзей, люстра, обвязанная пионерским галстуком,
- для «театрального» света, песни-пляски в детском саду...
Затем первая любовь, которая вдохновила его на сочинение
песни... Кто бы, наверное, сомневался, что Сергей и
музыка, сцена, театр должны были бы стать неразлучны?
Но после школы, наконец определившись с профессией,
он выбирает... журналистику. А отучившись два года и
почувствовав, что эта работа не станет делом его жизни,
решает приобрести другую специальность - психолога.
И только окончив университет, получив диплом, он снова
поймет, что и психология - не то, что ему нужно, и в
растерянности окажется на перепутье. Вот тут-то его
величество случай и подстерег Сергея. В лице знакомой
девушки, оказавшейся менеджером труппы «Метро» и пригласившей
его на прослушивание. После которого он и был принят
в актерский состав мюзикла... Но так как он очень долго
вводился в спектакль, его неуемная натура не выдержала,
и он ушел в только что появившийся «Норд-Ост», в котором
проработал год, и теперь вспоминает с большим теплом
не только сам мюзикл, который ставили все вместе, но
и очень дружный и сплоченный коллектив... И Сергей совершенно
не собирался идти на кастинг в знаменитый «Нотр-Дам
де Пари». Но опять все получилось случайно, внезапно
- категоричное SМS-сообщение без подписи на его мобильном
телефоне: «Срочно приезжай в Театр оперетты. Сегодня
последний день прослушивания». (Как оказалось, девушкой
по имени Судьба была одна из актрис мюзикла «Метро»).
Заинтригованный, Ли отправился туда... И что же? Его
безоговорочно приняли, и началась «Клопениада» - превращение
Сергея Ли в предводителя разбойников и бродяг в мюзикле
«Нотр-Дам»... Fatum, однако! Кстати, если уж мы заговорили
о случае, то надо заметить, что однозначного мнения
о судьбе, случае, мистике у Сергея нет. Как показывают
не только отдельные события, но и вся история его жизни,
что-то эдакое действительно есть... И он мог бы поверить
в это, погрузиться, увлечься - так же внезапно, как
для него это характерно. Но в характере Сергея есть
такая черта - подвергать все сомнению, поэтому судить
о случайности и закономерности сложно... Вообще это
очень неоднозначный и противоречивый человек. Кто-то
может сказать, судя по тому, как он меняет профессии
и привычки, что Сергей непостоянен и разбрасывается,
но будет не прав: в отношениях с людьми Ли очень надежен
и его друзья спокойно могут на него рассчитывать. А
уж влюбляясь, он с головой уходит в это чувство. Как
говорит сам Сергей: «Хоть я и пытаюсь себе вдолбить,
что знаю, что такое любовь, где-то во мне живут ощущение
и мысль, что все-таки я заблуждаюсь...» Кто знает, а
может быть, он и не заблуждается, считая, что любовь
красива только тогда, когда она трагична, драматична,
безответна? Потому что всегда есть невыносимая фраза:
«А если бы все сложилось по-другому?» И если бы все
действительно было иначе, то кто знает, как назывался
бы этот хеппи-энд? Была бы это любовь? Но, к сожалению,
хеппи-энды в жизни случаются нечасто, поэтому для Сергея
это чувство прежде всего трагичное. Как его первая любовь,
которая настигла Сергея одним прекрасным летом в пионерском
лагере «Орленок». Счастье длилось недолго. Когда в «Орленке»
устроили маскарад, Сережа поставил перед собой цель:
нарядиться так, чтобы его никто не узнал. Старательно
к этому готовился, затем победно надел на голову предварительно
раскрашенный пакет и отправился на праздник... Однако
инкогнито провалилось - его узнали. Причем узнала та
девочка, в которую он и был влюблен. Она начала бегать
вокруг и восторженно кричать: «Серега! Это ты, это ты!»
А неудавшийся таинственный незнакомец сначала пытался
ее угомонить, но это было бесполезно. И тогда он оттолкнул
ее, сам не понимая, что делает. Получилось грубо. И
они серьезно поссорились... А потом он написал свою
первую песню - чтобы попросить у нее прощения. Она простила,
но осадок остался. Какое-то время, разъехавшись по домам,
они еще переписывались, но постепенно переписка угасла.
А песня, посвященная первой любви, осталась - как гость
из прошлого и память о нем... Сергей может много рассказывать
о творческой составляющей любви, ее стадиях, о том,
как дарить подарки... И тут же может легко себя опровергнуть
- видимо, скептик вступает в свои права... Сомнение
- стиль его жизни? В душе Сергея живет множество различных
образов и настроений, характеров. То он, утрируя, изображает
возгордившуюся звезду - поставленный голос, глубокомысленные
рассуждения, манерные жесты. То восторженную поклонницу,
с неуемной радостью бросающуюся к этой звезде. Ему легко
даются перевоплощения. В «Нотр-Даме» в роли Клопена
он заражает зал яростью, возмущением и отчаянием своего
персонажа... Друзья Сергея не перестают удивляться,
насколько он преображается на сцене... Для Сергея существует
жесткая граница между жизнью и театром. Если на сцене
напор его эмоций сметает все, то в жизни он сдержан
и терпелив. Он очень любит делать сюрпризы и получать
их... Если бы поклонники преподнесли ему «Мерседес»,
он бы от него не отказался - тем более что давно мечтает
научиться водить машину. И все-таки больше он любит
дарить. Особенно вещи экстравагантные, с выдумкой. Сергей
уверен, что такие подарки действительно от души, а не
для галочки. Он вообще за творческий подход во всем.
На вопрос, как бы он хотел признаться в любви, если
бы его возможности были безграничны, Сергей нарисовал
такую картину: изумленная девушка, на которую в ее квартире
отовсюду сыплются цветы... В общем, «миллион алых роз»
и «Сделай сам» в одном флаконе. Если Сергей начнет перечислять
его любимые лакомства - в основном сладости (в которые
скромно затесались семечки), то этого явно хватит на
40 томов собрания сочинений. Том первый: пирожные, шоколадки,
коктейли, мороженое... Сороковой том, видимо, будет
называться так: «Как себя ограничивать». Есть или не
есть - вот в чем вопрос! Сергей на редкость общительный,
открытый человек. Он умеет находить общий язык с разными
людьми, недаром учился на психолога! Его не отталкивают
и не пугают странные, неординарные личности, напротив,
Сергею вдвойне интересно их понять. Но вот по полочкам
он людей не раскладывает - это, как он уверен, уже не
общение, а психоанализ! Он принимает людей такими, какие
они есть, и узнает их ровно настолько, насколько они
сами готовы ему открыться. И в этом, наверное, весь
его секрет. По мнению Сергея, глупо осуждать и запрещать
людям быть такими, какие они есть - с их достоинствами
и недостатками. Зато к себе он относится гораздо строже
- достаточно узнать, сколько различных психологических
тренингов он проходил, сколько систем личностного роста
испытал на себе. Такой вот душевный «бодибилдинг», с
помощью которого он исправлял в себе то, что не нравилось,
и преобразовывал отрицательные эмоции в положительные.
Даже такие, казалось бы, минусы, как зависть, по мнению
Сергея, можно преобразовать в плюсы. Надо просто трансформировать
ее в чувство здорового соперничества, которое, вместо
того чтобы разъедать человека и растить в нем желание
рыть яму ближнему, будет заставлять его расти над собой
и двигаться вперед. По жизни Сергей Ли - лидер. Таким
был уже в школе. Вечно норовил успеть везде. Обожал
организовывать различные праздники (вот где раздолье
- подарки плюс сладости!). Обожал давать советы... Да
и сейчас, как он говорит, не избавился от этой привычки,
хотя понимает, как аккуратно надо это делать, чтобы
не выглядеть наставником. Но если он чувствует, что
нужна его помощь, то без колебаний берет инициативу
на себя. - Мне очень нравится то окружение, в котором
я теперь нахожусь, - говорит Сергей, - ведь творческие
люди потрясающе интересны и абсолютно непредсказуемы.
Поэтому мне гораздо интереснее не выскакивать вперед
с криком «За мной!», а находиться среди них и удивляться,
впитывать, чему-то учиться. Сергей - человек эмоциональный,
и многое у него - от внешнего вида до поступков - нередко
зависит от настроения. Порой оно может резко меняться,
но это не значит, что он легко способен превратиться
из расстроенного и обиженного в веселого и общительного.
А вообще Сергей считает, что таить на кого-либо зло
и обижаться - глупо, и говорит по этому поводу так:
«Умные люди не обижаются, умные люди делают выводы».
Сергей не терпит лжи и притворства в отношениях, и пословица
«стерпится - слюбится» ему не по душе. Он чаще вспоминает
другую: «За двумя зайцами погонишься - ни одного не
поймаешь», которую, зная неуемный характер внука, любила
повторять ему бабушка. Но опасения оказались, прямо
скажем, напрасными, хотя он и гнался за большим количеством
зайцев. Удачу свою Сергей не прозевал. Одного зайца
поймал точно! Зайца по имени Театр.
Журнал "L’ OPTIMUM"
№4 апрель 2003
Рубрика "Стильные"
"Мюзиклы страны"
Фото: Петр Аникин, Владимир Широков
Стиль: Natalie-K
Текст: Валерия Кудрявцева
Продюсеры: Ирина Злодеева, Наталия К
Вопросы:
1. В современных российских реалиях мюзикл
выбирает актера, или актер – мюзикл?
2. Чем для вас привлекательно участие в мюзикле вообще
и в данном проекте в частности?
3. Продолжите фразу: "Мюзикл – это..."
Сергей Ли:
1. Думаю, что если буквально год назад мюзиклы выбирали
актеров, то сейчас есть уже актеры, которые могут
выбирать, ставить условия.
2. Во-первых, "Нотр-Дам" – это классная
музыка. Вообще в отличие от оперетты, оперы, драматического
театра в мюзикле очень важна искренняя, честная, точная
эмоция. Нет наигранности. Все очень открыто, поэтому
люди это понимают и верят в это.
3. ... это прекрасная музыка, фантастический балет,
профессиональная команда универсальных актеров, творческие
и успешные продюсеры, которые позволили этому мюзиклу,
покорившему мир, покорить и Москву.
Моздокчанин Клопен из “Нотр-Дама”
06.01.2003
…Триумфальное шествие по планете французского мюзикла
"Нотр-Дам де Пари" началось в 1998 году
– после премьеры в Париже, сопровождавшейся прямо-таки
оглушительным успехом. И сегодня музыкально-драматическая
версия бессмертного романа Виктора Гюго – детище франко-итальянского
композитора Ричарда Кочанте, поэта Люка Пламондона
и режиссера Жиля Майю – уже покорила сердца сотен
и сотен тысяч слушателей и зрителей в мире. А в минувшем
году "Нотр-Дам" добрался, наконец, и до
России. Компания "Меtro Entertainment",
относительно не так давно осуществившая в Москве постановку
еще одного популярного западного мюзикла – "Метро",
– выкупила права на его показ в России сроком на 6
лет. И вот уже больше полугода русская версия мюзикла,
авторами которой являются известный поэт и бард Юлий
Ким, Сусанна Цирюк и Дарья Голубоцкая, с небывалыми
аншлагами идет в Московском театре оперетты. Перед
соблазном "озвучить" на его сцене партию
Квазимодо не устояла даже такая отечественная рок-звезда,
как лидер группы "Танцы-минус" Вячеслав
Петкун. А жемчужина "Нотр-Дама" – знаменитый
хит "ВеIIe" – звучит сегодня в исполнении
Вячеслава Петкуна, Александра Маракулина (Фролло)
и Антона Макарского (Феб) едва ли не из каждого второго
российского окна…
На взлете сейчас интерес к "Нотр-Даму" и
в нашей республике. Особенно – среди молодежи. Но
вряд ли многие у нас знают, что в основном составе
"русскоязычного" "Нотр-Дама" одну
из самых драматически ярких и самых технически сложных
партий мюзикла – партию Клопена, предводителя нищих,
короля парижского Двора Чудес, поет парень из Северной
Осетии, 26-летний моздокчанин Сергей Ли. Хотя совсем
недавно его ария "Бродяги" звучала в посвященной
"Нотр- Даму" телепередаче, которая прошла
по "Первому каналу".
…Моздок по праву гордится тем, что он – город многонациональный,
и на примере судьбы Сергея это подтвердилось вполне.
Отец – кореец, в маме, осетинке по паспорту, течет
еще и грузинская кровь. Кстати, никто в семье профессионального
отношения к искусству никогда не имел: мама работала
в торговле, отец – в сельском хозяйстве. Зато все
старшие в их роду были очень музыкальными, красиво
пели, и это, видимо, как раз и передалось сыну и внуку.
Одноклассники Сергея – а окончил он моздокскую СШ
№ 1 – сейчас вспоминают: он уже в школе бредил музыкой
и сценой. Еще старшеклассником играл в городском народном
театре, ставил филатовскую "Сказку про Федота-стрельца"
на школьных подмостках, замечательно пел под гитару.
А еще – писал стихи. И увлеченность всем этим доходила
у него до подлинной одержимости. Но оказалось: чтобы
увидеть свою мечту воплощенной в жизнь, Сергею придется
сначала пройти длинный и непростой путь в поисках
себя…
После школы, в 1993 году, он подал документы в Пятигорский
институт иностранных языков. Английский сдал на пятерку
(а заниматься им начал, между прочим, только в выпускном
классе – до этого учил немецкий), но на сочинении
недобрал один балл. И тут кто-то из знакомых посоветовал
ехать в Москву, поступать в Международный гуманитарный
корейский университет – частный вуз, открывшийся незадолго
перед тем в Первопрестольной для представителей корейских
диаспор России и стран СНГ. И Сергей решил рискнуть…
На филфак его приняли сразу, без экзаменов – суммы
баллов, набранной при поступлении в пятигорский иняз,
оказалось для этого достаточно. А действовал этот
вуз тогда при Российском государственном социальном
институте (ныне – Московский государственный социальный
университет), куда Сергей Ли через некоторое время
и перевелся. Сначала – на журфак, потом, решив сам
для себя, что журналистика, все-таки, не его призвание,
– на факультет психологии. Учился увлеченно, а диплом
Сергея, который был посвящен такой серьезной и актуальной
сегодня теме, как влияние на психику и психологию
человека ВИЧ-инфекции, даже вошел в число лучших дипломов
на курсе.
Казалось бы, будущее уже определено – четкое и стабильное.
А душу все равно подспудно точило мучительное ощущение:
не в этом твое предназначение "по жизни",
не здесь ты способен ярче всего самореализоваться
и выплеснуться. Тем более что увлечения музыкой и
вокалом Сергей не забросил и в вузе.
И вот тут судьба сделала Сергею Ли подарок – свела
его в одной из московских студий, где он записывал
свои песни, с бывшей однокурсницей, к тому времени
работавшей менеджером труппы в уже гремевшем мюзикле
"Метро". Так парень из Моздока попал туда
на прослушивание – и его приняли. Как признается он
сам, это было настоящее счастье… А потом музыкальный
мир столицы взбудоражила новость: началась подготовка
к постановке мюзикла "Норд-Ост" по "Двум
капитанам" В. Каверина – того самого, получившего
после недавних трагических событий, связанных с захватом
заложников в ДК на Дубровке, где он шел, такую печальную
известность... Сергей и здесь прошел пробы успешно
– и получил роль. Небольшую, но колоритную: играл
обитателя московской коммуналки, дворника по имени
Марат. Его тепло приняли зрители, заметила критика.
А в труппе он стал любимцем… И потому трагедию "Норд-Оста"
Сергей пережил очень тяжело. Этому мюзиклу он отдал
полгода своей жизни. Среди погибших там – люди, которых
он близко знал…
А теперь очередной этап творческой биографии Сергея
Ли – это "Нотр-Дам". И вот тут, наверное,
лучше предоставить, наконец, слово самому нашему молодому
земляку, – которого корреспондент "СО" разыскал
по телефону в его московской квартире. Даже по голосу
чувствовалось, – неожиданный звонок из Владикавказа,
из редакции республиканской газеты "звезду"
"Нотр-Дама" удивил, тронул и обрадовал.
И Сергей охотно согласился на интервью, искренне поблагодарив
газету за проявленные к нему интерес и внимание.
– Сергей, мюзикл "Нотр- Дам де Пари" сейчас
гремит на всю страну. На роли в нем – в том числе
и на роль Клопена – пробовались сотни талантливых
певцов. И наша республика может только гордиться тем,
что именно ее представитель по итогам такого серьезного
конкурса был признан лучшим и теперь поет в основном
составе этого знаменитого мюзикла…
– Честно говоря, я даже и не мечтал в свое время
там, дома, в Моздоке, что когда-нибудь попаду в Москву.
Но, видимо, есть какая-то сила, которая нас ведет
по жизни. Может быть, иногда она ставит палки в колеса.
Но не для того, чтобы мы сломились и перестали идти
к своей цели, – она проверяет, насколько мы привержены
тому, чего действительно хотим.
Сначала я вообще не хотел идти пробоваться на "Нотр-Дам",
потому что мне казалось: это значило бы предать "Норд-Ост"
, с которым у меня столько связано, где ко мне так
замечательно отнеслись. Но в "Нотр-Даме"
для меня нашлась очень хорошая роль – большая и вдобавок
близкая мне самому по темпераменту и мировоззрению.
Необыкновенно интересно было себя в этом попробовать.
И, конечно, для меня очень и очень лестно, что я
испытание выдержал. Ведь мюзикл этот – очень серьезный:
и по своей драматической основе, и по требованиям
к вокальной технике.
– Ты с самого начала хотел играть именно Клопена,
или это был выбор режиссера? И не страшно ли вообще
было браться за эту роль после блистательного Люка
Мервиля?
– Я пробовался и на Клопена, и на Квазимодо – режиссер
после первого прослушивания дал мне учить обе эти
партии. Но потом я увидел, что там есть люди, которые
поют Квазимодо куда лучше меня, – тот же Слава Петкун,
что это "их" роль – и честно сделал самоотвод.
А вот Клопен… Я чувствовал, что это мое. И слава Богу,
что мне удалось хорошо поработать над ролью, понять
своего героя, слиться с ним.
Да, на самом деле, я сначала считал, что моя задача
именно в том, чтобы максимально приблизиться к Мервилю
– голосом, манерами… А это оказалось очень трудно.
И был такой момент, когда я уже был готов разорвать
контракт. Вокально это ведь очень тяжелая роль – я
срывал голос, срывал связки, у меня лопались капилляры,
а добиться того, чего хочу, не удавалось. В итоге
режиссер сказал: "Прекрати, не надо ничего копировать
– у тебя будет свой Клопен, своя трактовка героя".
И тогда я, что называется, выдохнул.
– Если сравнивать с романом, то у Гюго Клопен – куда
прозаичнее, приземленнее. А в мюзикле этот образ романтизирован,
в него привнесены этакие бунтарские, робингудовские
черточки… Как ты сам осмысливаешь свою роль? Какой
он – твой Клопен?
– Мюзикл, конечно, сделан по мотивам романа – и тут
это тоже сказалось. Но на самом деле у этой сюжетной
линии "Нотр- Дама" ведь очень актуальная
для нашей страны сегодня социальная подоплека. Клопен
и его "отверженные" – такие же, в сущности,
"лишние люди" по отношению к французскому
обществу ХV века, каких немало и в современной России,
и в современной Москве. Тех же, скажем, так называемых
"лиц кавказской национальности" здесь можно
привести в пример… И каждый раз, когда я выхожу на
сцену, я думаю об этом. Может быть, мне именно потому
и удалось глубже прочувствовать этот образ, что меня
самого в Москве до сих пор останавливают на улице
из-за моей, скажем так, неславянской внешности, проверяют
документы…
– После таких вот болезненных моментов, да и вообще
в круговерти столичной жизни с ее бешеным темпом,
не возникает ли порой ностальгия по родине, по Моздоку?
– Самое интересное, что когда я этим летом приехал
в Моздок проведать друзей и родственников, которые
там у меня остались (отец, мама и два моих младших
брата сейчас живут в Москве), у меня на улице тоже
требовали документы, чуть ли не обыскивали на предмет
провоза наркотиков – и оказалось, что подозрение у
милиции вызвала, наоборот, уже моя московская прописка
вкупе с длинными волосами и потертыми джинсами… Очень
было неприятно и горько.
И все-таки, Моздок – это моя родина, которую я люблю.
Туда возвращаешься ради того, чтобы воскресить в душе
все, что было тебе когда-то дорого – чувства, воспоминания,
ощущения, – увидеть близких тебе людей…
– Сергей, сейчас очередной эпизод твоей творческой
карьеры – это "Нотр-Дам" и Клопен. Что же
потом – или так далеко ты пока не загадываешь? И последний,
традиционный вопрос "под занавес": твои
пожелания многочисленным поклонникам "Нотр-Дама"
из Северной Осетии?
– Наши продюсеры планируют готовить постановку нового
мюзикла, по Шекспиру – "Ромео и Джульетта".
Может быть, для меня там что-нибудь найдется – Меркуцио
или Тибальд… А что бы я пожелал поклонникам "Нотр-Дама"
из своей родной республики? Верить в мечту и стремиться
к ней. Верить, что если ты чего-то очень сильно хочешь,
– это придет. А всей республике, в свете последних
непростых событий в Москве и в стране, – обязательно
мира. Мира, счастья и благополучия. Ведь и мой Моздок,
и вся Осетия всегда славились тем, что люди разных
национальностей там живут в добрососедстве и взаимопонимании
– и это обязательно нужно сохранить… Жертва, которой
пал мой герой Клопен, принесена во имя того, чтобы
люди перестали воевать друг с другом. И трагедия "Норд-Оста",
которая и меня непосредственно коснулась, – это, я
уверен, тоже знак свыше всем нам.
Видимо, жизненная миссия этих людей, ушедших так
страшно в другой мир, была в том, чтобы своей смертью
достучаться до наших сердец и что-то изменить и в
них, и в мире. Чтобы сам мир вокруг стал иным…
Елена Коваленко,
"Северная
Осетия".
|
